Три года назад я начал писать об одной простой и неудобной мысли: технологии, которые мы создаём, чтобы сблизиться, столь же часто оказываются той сетью, в которой мы запутываемся. Спустя две книги я отправился на поиски самой малой и самой упрямой проверки этой мысли, какую только мог найти, — и остановился на том единственном, на что, как все согласны, машины по‑настоящему не способны. Рассмешить конкретного человека.
И вот я два года строил компанию по производству ИИ‑юмора, перекопал двадцать лет исследований в области вычислительного юмора и сделал то, чего, кажется, до меня в книге не делал никто: я посадил Claude и ChatGPT в одну комнату, спросил их, что такое юмор, дал им реальные шутки для разбора — и позволил им спорить. Друг с другом и со мной. Настоящие расшифровки. Модели и даты — под запись. Никакой тихой правки тех ответов, которые мне не понравились. Результат — том III трилогии, «Технологическая сеть и рыбы».
Что я на самом деле обнаружил
Не тот триумф, который сулит шумиха, и не ту катастрофу, которую предпочитают заголовки. Машины подошли к юмору поразительно близко — они распознают его, персонализируют, распространяют в немыслимом масштабе. И всё же каждое место, где они не дотягивают, оказывается почти точным описанием того, что значит быть человеком, который кого‑то любит.
Они могут смоделировать вас достаточно точно, чтобы предсказать, что вас рассмешит, — но они не могут этого хотеть. Они могут воспроизвести идеальную подпись внимания, но без самого внимания. Они могут набросать девяносто шуток; но они не могут быть тем, кто умалится, если одна из них вас ранит. Именно эта последняя мысль стала стержнем всей книги — и всей компании.
Почему «сеть и рыбы»
Потому что те же инструменты, что способны подарить близкому человеку смех серым утром, при тихой подмене цели можно перенастроить с того, чтобы радовать его, на то, чтобы им манипулировать. Та самая близость, что делает возможным подарок, — ровно то, что сделало бы возможной ловушку. Персонализированная радость и персонализированная эксплуатация — это одна и та же технология с двумя лицами.
Книга — это карта той сети, которую сейчас плетут вокруг нас из тех самых вещей, которых мы хотим, — и довод в пользу того единственного, что удерживает рыбу от того, чтобы попасться: нашей упрямой, человеческой способности всё ещё удивляться тем, кого мы любим.
Два ИИ, один спор о смехе
Сквозь книгу вплетены три беспрецедентных диалога ИИ — «Что такое юмор?», «Объясни шутку» и «Может ли ИИ исправить юмор — и стоит ли?» Две из самых мощных моделей на Земле размышляют вслух о самом человеческом из наших занятий и расходятся во мнениях так, что это смешнее и страннее, чем я ожидал. Вокруг них выстраивается остальная история: наука о смехе, двадцать лет попыток научить компьютеры распознавать шутку и стена, в которую они раз за разом упираются, и честная бухгалтерия основателя, создающего продукт ИИ‑юмора для тех людей, с кем мы незаметно теряем связь.
Книга, стоящая за этим сайтом
Если вы задавались вопросом, почему Annoying-Is-Caring настаивает, чтобы опекун проверял каждую шутку, прежде чем она дойдёт до дорогого ему человека, — почему мы не автоматизировали всё целиком и не отошли в сторону, — эта книга и есть длинный ответ. Машина поразительна в наброске. Но не она заботится. Оставить заботливого человека в центре — это не ностальгия; судя по фактам, это разница между подарком и ловушкой.
Что внутри
- Наука о смехе и почему комедия — единственное искусство без табло с очками.
- Двадцать лет попыток научить компьютеры распознавать шутку — и стена, в которую они раз за разом упираются.
- Бухгалтерия основателя, создающего продукт ИИ‑юмора для тех людей, с кем мы незаметно теряем связь.
- Три диалога ИИ между Claude и ChatGPT — настоящие расшифровки, модели и даты под запись.
- И, надеюсь, несколько строк, от которых вы рассмеётесь вслух в поезде.
Если вопрос «как нам сохранить контроль над самыми человеческими нашими поступками?» хоть немного не даёт вам спать — эта книга для вас.